Зоя Куликовская: все цвета театра… и жизни

8 сентября свой юбилей отметила Зоя КУЛИКОВСКАЯ, главный режиссер Автозаводского Народного драматического театра, любимого зрителями и актерами.

Театр — особый мир. Для Зои Николаевны Куликовской он стал родным, потому что она сама его сотворила. Провинциальная девочка, закончившая школу в г. Кыштыме Челябинской области, она любила театр Вахтангова и подобно чеховским сестрам бредила Москвой. После неудачной попытки поступления в ГИТИС Зоя Николаевна закончила режиссерское отделение челябинского культпросветучилища, но не отказывалась от стремления учиться в Москве. По ее мнению, столица 60-х годов давала возможность стать культурным и образованным человеком.

Получив диплом Московского института культуры, а впоследствии и Щукинского училища, она продолжала создавать свой мир, который и стал ее театром. Сейчас Зоя Николаевна — главный режиссер народного драматического театра при центре культуры и досуга Дворца культуры ГАЗа.

— В школе я любила читать стихи, участвовала в самодеятельности, даже вырезала бумажных человечков, для которых придумывала сюжеты, и играла ими. Моим героем всегда был летчик, и все его передвижения были связаны с риском и любовью. Риск и любовь прошли через большинство моих спектаклей.

— Риск привел вас на автозавод?

— После института я приехала в Нижний Новгород, где проходила ассистентскую практику в ТЮЗе. Мне посоветовали съездить на автозавод, где был театр под руководством Н. В. Никольского — один из двух в России театров, удостоенных звания "народного" (это высший ранг самодеятельного искусства).

Николай Васильевич предложил мне руководить студией, в которой я проработала десять лет. Сначала мы ставили поэтические спектакли, потому что я была "заражена" Любимовым и его театром на Таганке. К нам стали приходить зрители, нами интересовались.

Потом мы сделали "Антигону" — спектакль в комнате. Это сейчас спектакль в подвале, на чердаке или на крыше — обычное дело, а тогда непонятно откуда слетевшая на меня идея была необычной.

— Почему же, имея такой успех, вы решили поехать в Казань?

— Мне стало не хватать пространства, самостоятельности, захотелось создать свой театр, что мы и сделали с Ольгой Бундиной, моей первой актрисой в Казани. Через пять лет, вернувшись в Нижний, мы создали ещё один театр в ДК железнодорожников (сейчас это театр-студия "Черный квадрат"). Но умер Николай Васильевич, и люди, которые меня помнили, предложили вернуться в народный драматический театр на автозаводе. Оля Бундина осталась в "Черном квадрате".

— Что для вас театр и кто вы для него?

— Театр — сложное понятие, и можно по-разному в нем существовать: можно спектакли ставить, а бывает, что спектакли рождаются. Для меня второе гораздо интереснее: когда спектакль зарождается в тебе самой, это необъяснимо. Ты, словно подчиняясь невидимому режиссеру, который тобой руководит и посылает картину, начинаешь что-то строить, что-то творить. Ты творишь свою реальность, которую хочешь сделать видимой для других. Тогда появляется ощущение незаметного перехода из нашего мира в какой-то иной. У Мандельштама есть такие строчки: "Я знаю, что обман видению немыслим, и ткань моей мечты прозрачна и чиста". Я просто верю этой строчке. Испанский поэт Федерико Гарсиа Лорка сказал: "Когда я приезжаю в страну, я иду в театр".

В каком состоянии театр, в таком состоянии и государство. Театр — искусство человеческое и не может умереть, потому что человек не может не играть. Эта одна из основ человеческой сущности. Театр — это зеркало наших представлений, наших мыслей, идей, зеркало, которое человеку просто необходимо.

— Ваш главный принцип работы?

— Главный принцип — трепетный подход к автору. Если я беру автора, я его люблю. Он у меня на первом месте. Даже если я вношу свои изменения, сокращаю, то делаю это очень бережно, осторожно, как бы с его согласия. Я чувствую автора и понимаю, что он хотел сказать.

— Театр тесно связан с другими видами искусства...

— Я люблю хорошую музыку, живопись, скульптуру. Люблю рисовать травы и цветы. Я пыталась научиться рисовать, рассматривая альбомы, особенно китайские и японские, которые привлекли меня тем, что у них существуют отдельная ветка, отдельная травинка, отдельный цветок.

— У вас есть жизненная цель? Или, может быть, мечта...

— Свет! Мне кажется, в душе должен быть иконостас, который нужно самому построить. Но иногда все покрывается черной краской, и ты летишь в пропасть. А потом снова начинаешь строить — строить что-то цветное.

— Надеюсь, новый сезон, который автозаводский театр планирует открыть 13 октября, будет "цветным" как для театра, так и для режиссера Зои Николаевны Куликовской.

АЛЬТШУЛЕР Мария