«Нежный сок души»

Жуков, Б. «Нежный сок души» : [о поэтессе С. Леонтьевой] // Нижегородская правда. – 1995. – 19 декабря. – С. 4.

Когда выкинутая из магазинов на дождь и мороз, никем не контролируемая книжная торговля предлагает «Секс-пир и бани», «Мужей и груди», «Энциклопедию хулиганствующего ортодокса», книгу в подарок «Детские анекдоты», полные пошлости и мата, «Убийства века», нормальные люди тянутся к высокому и светлому.

В АКТОВОМ ЗАЛЕ Нижегородского автомеханического техникума гремела музыка. Его заполнили учащиеся вечернего отделения, пришли на презентацию новой книги стихов С. Леонтьевой поклонники ее таланта, друзья по работе, поэты-автозаводчане — с цветами, с подарками; с горячими поздравлениями.

Вечер открыл составитель нескольких поэтических сборников именинницы Е. Рагозин. Об исключительной самобытности ее лирики рассказал член Союза писателей И. Борькин. Артист народного театра ДК ГАЗа Н. Поздеев прочел стихи Леонтьевой и свое посвящение ей. Апофеозом вечера было выступление самой виновницы торжества.

Рассказ о себе: свердловчанка, волею судьбы ставшая нижегородкой, с двумя образованиями — среднетехническим и высшим гуманитарным, сурдопереводчица на ОАО «ГАЗ». И авторское чтение — светло, эмоционально, вдохновенно:

Без прозвища вся жизнь, как трын-трава,
Без памяти любовь, которой тешусь,
Бесхозные растут во мне слова,
Направо — ангел, а налево — леший.

Это строчки из сборника стихов Светланы Леонтьевой «Побудь со мной» — седьмого за два года. До того вышли: «Вечная любовь», «Колдовские слезы», «Таинственные силы», «Лунное кудесничество», «Этот святочный мир», «Ткань на крылья».

Светлана Леонтьева ворвалась в поэзию стремительно, сразу приковав к себе внимание! Ее лирическая героиня насквозь земельна: язычница, христианка, бунтарка, пророчица. Впечатление такое, что всякая нежить — ее закадычные друзья. С любовью и нежностью говорит она о домовых, о леших, о русалках, будто выросла среди них и от них напиталась мудростью колдуньи, ведуницы, знахарки и бредовым провидчеством кликуши.

Ее «поэтическая мысль причудлива и диковата». Порою кажется, что автор — чернокнижница: каких только заговоров, заклинаний не знает. Но и в Библии она дока. Ей близки и антика, и современность, естествознание и метафизика. Это себе, своим любимым темам и образам она адресует строки:

Ты породнилась с яшмой и хвощом
и клекотом болотистого зева.
Дремучие минуты ты нашла,
а в них, тягучих, святочные кони...

В этюдах о встречах, разлуках, размолвках, обидах — во всем, из чего состоит повседневность, встает во весь рост Поэзия, глубинно-сердечная, вдумчиво-зоркая, меткословная («реки рыбоглазая пресность», «я повисла от радости слезой на его ресницах»). И вселенски масштабная:

Зарисуй плоть земную, яви ее

древнюю сущность,

Эту грудь, что полна обожанъя

и тяги родства.

Между тем Светлана Геннадьевна меньше всего говорит о себе как о поэте, больше — об обыденном: «Мое дело нехитрое, бабье: шью, вяжу да пеку пироги...». Но она умеет наводить поэзию во всем: в убранстве дома, в нарядах, украшениях, она славит «и перстень, и серьгу; и брошь глазастую, и нежную гребенку». Строчка за строчкой вылепливают образ лирической героини Леонтьевой, нежной, мятущейся, страстной:

Ты целовал мне пальцы так долго и

светло,

Что дождь подобьем танца ложился

на стекло,

И сердце гулко грелось, как будто

нету зла.

Мне так давно хотелось душевного тепла!

Жизнь без любви, как без Бога в душе, без ощущения рая — жалкое прозябание. Жажда взаимности, понимания, счастья так естественна. Но эта женщина, — вся из противоречий. «И, проказница, и смиренница», то «ей б напиться от тоски и первому же встречному отдаться» то она ищет спасительно-покаянного «касания продырявленных ладоней», то умоляет единственного, «чье заветное словечко, как подвенечное колечко, не палец — сердце обожжет»:

Нацелуй же меня лет на тридцать...
Вспоминай мое тело скорей,
Запах глаз и улыбок названья.
Парадокс — один из излюбленных приемов поэтессы:
Научусь ли врагов не любить я?

***

Дружелюбность, как пуля, страшна.

***

И стал огонь бесплотной глыбой льда,
и сбились в точку дни и расстоянья.

***

Я безгрешна до неприличия.
А какая меткая характеристика жизни «жесткого века, века медного»:
Вода, которой не напиться.
Еда, которую не съесть.
Боль — ни за что. Привыкли лица
нести нахмуренную весть.
Пустая кровь. Кривая дата.
И стаи, стаи воронья.
Сердец безмерная расплата
за миг спокойного: житья.

Образность, разбросанная горстями, как самоцветы, к которым у автора особая слабость, расцвечивает весь сборник. Но как камушкам нужен огранщик, так поэту нужен ювелир — тонкий и умный редактор. И тут Леонтьева противоречит сама себе: то целый цикл называет «Жду ювелира», то заявляет, что сама себе «и опал, и ювелир». В разделе «Выпавшие из гнезда» (это четверостишия вроде хайямовских рубаи) есть строчки:

Ах, листва лежит золотая,
на зеленом в моей судьбе.
Никому я не подражаю
и пишу сама по себе.

«Никому не подражаю» — слишком самонадеянно. Сама фраза уже несамобытна: об этом кто только не заявлял — от Ломоносова («я буду петь неведомое прежним») до Плотникова («других не повторю, свое слагая»). Есть у Леонтьевой строчки, образы и пушкинские, и есенинские, и блоковские, и маяковские.

Но это мелочи. Главное, книга талантливая, самобытная, яркая. Автор на этот раз выступил еще и в роли художника-оформителя. Стихи оставляют ощущение радости бытия, несмотря на все нынешние невзгоды, и безмерной человеческой стойкости, оптимизма. А для Леонтьевой стихи — это все: судьба, работа, праздник, жизнь.

Цедя по капле нежный сок души,
за Русь распятую умру, слагая клятву.
Родина, ее счастье, ее будущее превыше всего:
За тебя, моя Родина бедная,
колыбелька, весенняя пашенка,
на костер пойду, если ведьма я,
в монастырь — бунтарь!— не монашенка.

Борис ЖУКОВ.

Возможно, Вам будут интересны следующие статьи:

Количество общих ключевых слов с данным материалом: 2
№№ Заголовок статьи Библиографическое описание
61 Дмитрий Карлович Кудис Дмитрий Карлович Кудис : [краткая автобиография] // 100 писателей-нижегородцев. Жизнь и творчество : краткие сведения / сост. В.А. Шамшурин. – Н. Новгород : КНИГИ, 2004. – С. 98-99
62 Виктор Кириллович Кумакшев Виктор Кириллович Кумакшев : [краткая автобиография] // 100 писателей-нижегородцев. Жизнь и творчество : краткие сведения / сост. В.А. Шамшурин. – Н. Новгород : КНИГИ, 2004. – С. 102-103
63 Николай Культяпов – Простой Провинциальный Поэт! Гусев, К. Николай Культяпов - Простой Провинциальный Поэт! // Комсомольская правда. – 2003. – 28 марта. – С. 35.
64 Автозаводский Сименон Зинина, М. Автозаводский Сименон : [о писателе Н. Культяпове] // Автозаводец. – 2003. – 5 февр. – С. 3.
65 Всем рекордам рекорд! Татаринцев, В. Всем рекордам рекорд! : [о писателе Н. Культяпове] // Биржа. – 2002. – 18 ноября (№ 44). – С. 19.
66 Проба пера продолжается Проскурин. П. Проба пера продолжается : [о творчестве писателя Н. Культяпова] // Российская газета. – 2002. – 9 ноября.
67 Марина Кулакова: «После развода меня преследовали неудачи. Но ненадолго» Митрофанова, О. Марина Кулакова: «После развода меня преследовали неудачи. Но ненадолго» // Нижегородский рабочий. – 2002. – 1 октября (№ 195). – С. 15.
68 Вспоминая Виктора Кумакшева Адрианов Ю. Вспоминая Виктора Кумакшева // Кумакшев В. Исповедь : стихи / В. Кумакшев. – Нижний Новгород, 2002. – С. 5-9
69 Каждый человек нам интересен… Махин В. Каждый человек нам интересен… [Электронный ресурс] : [о литературно-юнкоровском клубе]. // Литературный юнкоровский клуб. – 2000. – 1 авг. – Режим доступа: http://creativity.narod.ru/unkor-klyb.html (Дата обращения: 02.09.2015)
70 Жизнь, посвященная слову Половинкин В. Жизнь, посвященная слову : [о В. Кумакшеве, нижегородском поэте] // Нижегородские новости. – 2000. – 12 апр. (№ 67). – С. 4

Страницы