Мир спасёт доброта

Важное объявление

Уважаемые читатели!

С 18 марта до особого распоряжения библиотеки Автозаводского района приостанавливают очное обслуживание читателей.

Основание:  Приказ Департамента культуры администрации города Нижнего Новгорода от 18 марта 2020 г. № 37 «Об организации мер по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)».

Доступ к информационным ресурсам библиотек осуществляется в удаленном режиме. Также вы можете воспользоваться электронной библиотекой ЛитРес.

Информируем

Все заявки на продления книг оставленные на сайте обрабатываются и продляются. Все читатели, у кого остались книги на руках, не будут являться зодолжниками до момента открытия библиотек после пандемии.


Смирнова Л. Мир спасёт доброта : [о А.В. Разумовском, гл. враче больницы № 13, депутате городской Думы] // Автозаводец. – 2010. – 24 сент. – С. 3

Истоки

Да-да, именно доброта! Хотя такая поправка высказыва­ния великого классика по большому счету не противоречит заложенной в нем мысли. Ведь истинная красота и добро неразделимы. Доброта человеческая имеет всемогущую силу, уверен и Александр Васильевич РАЗУМОВСКИЙ, депутат го­родской Думы Нижнего Новгорода. Жизнь давала ему нема­ло возможностей в том убедиться, а потому и сам он всегда и во всем старается следовать сделанному однажды умоза­ключению. Касается ли это его профессиональной деятельности, реализации депутатских полномочий или отношений с самыми близкими людьми. Истоки мировоззрения челове­ка надо искать в его детстве. «Раскрутить» Александра Васильевича на рассказ о времени и о себе оказалось не так уж сложно — верный признак открытости человека, его готовно­сти делиться с окружающими своими наблюдениями, впе­чатлениями и выводами о жизни, мыслями о том, как сде­лать ее лучше.

Первые уроки

— Александр Васильевич, рас­скажите о ваших родителях. Что осталось в памяти о самом ран­нем детстве?

— Оно связано с городком Кинешмой Ивановской области. Это ро­дина моей мамы. Там и я появился на свет и 1952 году. Папа родом из Костромской области. В Кинешме располагалось единственное в те годы в стране военно-химическое училище, куда и приехал учиться отец. Мои будущие родители позна­комились, а потом и поженились. Маму знали Галиной Федоровной, она всю жизнь проработала бухгал­тером. Сегодня ее уже нет с нами. А папа, Василий Алексеевич, — кадровый военный. В детстве видеть его, общаться получалось урывками. Он всегда был занят службой. Естественно, семье приходилось много ез­дить по разным гарнизонам. Жили материально тяжеловато.

Если вспоминать время, проведенное в Кинешме (до школы, а по­том и в школьные каникулы), то са­мые яркие впечатления неотделимы от тех уроков жизни, которые дали мне мамин 6paт Василий Федорович и бабушка (тоже по маме) Мария Ивановна. Дядя был замечательным мастеровым. Он умел все: шить кос­тюмы (причем портняжным искусством овладел самостоятельно), смо­лить и шпаклевать лодки, ремонтировать лодочные моторы, ловить рыбу, валить лес, заготавливать дрова... Можно продолжать беско­нечно. Очень многому он научил и меня. Рыбалка — до сих пор мое любимое занятие в свободное время. А бабушка была для меня олицетворением бесконечной доброты и заботы, терпения и мудрости. Помню, как по вечерам она читала мне рус­ские народные сказки — в доме было мною детских книг. Засыпать под них было блаженством. Мы (я имею в виду своих ровесников) росли вольно — весь день проводили на улице, на реке. Бывало, что и в чу­жие сады лазали — почему-то ворованная вишня казалась слаще. Ку­рить пробовали. Однажды я так накурился, что чуть не умер — такая бы­ла страшная интоксикация. Бабушка отпаивала меня молоком и приговаривала, что это мне, несмышленому, наука. Я действительно с тех пор си­гарету в рот не брал. Часто бабушка приезжала в очередной гарнизон, где служил отец, помотала маме по хозяйству. Я тогда уже учился и шко­ле, а все свободное время проводил с солдатами. Честно говоря, тогда не было и понятия о дедовщине. Па­па относился к ребятам-срочникам настолько по-отечески, что в воен­ном городке его все любили и подчинялись безоговорочно. И ко мне со стороны солдат отношение было очень хорошее. Меня и в футбол брали играть, и в волейбол. Тоже за­мечательная школа.

Перед выбором

— Когда семья обосновалась в Горьком?

— Из Шуи, где мы жили на частной квартире, папу перевели в Красные казармы в Горьком. Очень хорошо помню огромную коммунальную квартиру на улице Урицкого, на кух­не — 12 хозяев. Свое жилье отец получил только в 45 лет, будучи коман­диром танкового полка. Так у нас по­явилась трехкомнатная квартира в Дзержинске. Это было в 1962 году. Toгда уже родился мой младший брат Алексей. А вскоре с папой слу­чилась беда — во время очередных учений он попал в страшную желез­нодорожную катастрофу, был силь­но покалечен. Два года он провел в госпиталях и в 48 лет был окончательно комиссован. И хотя стал гражданским человеком, кадровый офицер живет в нем до сих пор. Я уверен, что только уникальная воля позволила ему перенести множество операций, не сломаться, остать­ся в строю. Он мне рассказывал о том периоде в своей жизни: «Я по­ставил перед собой задачу — вы­жить, и выжил». Отец по-прежнему живем в Дзержинске, хозяйничает на садовом участке в Володарском районе. Мы с женой и дочерью его, конечно, регулярно навещаем. У него там такой порядок, что диву даешься.

— Родители каким-то образом повлияли на ваш выбор профессии?

— Никакого давления в этом смыс­ле не было однозначно. Правда, бабушка (она всю жизнь страдала от гипертонии) иногда просила: «Вы­учился бы ты, сынок, на врача». Дзержинскую школу № 10 я окончил с серебряной медалью, у меня была всего одна «четверка». Очень неплохо знал английский язык — все дума­ли, что я пойду в иняз. А вообще в школе у меня было мною увлечений. Я серьезно занимался гимнас­тикой, выполнил норматив кандида­та в мастера спорта. Был чемпио­ном Дзержинска, выступал в сбор­ных города и области и даже Рос­сии. Да и в других видах спорта тоже преуспел. В 66-м как юнкор «Пио­нерской правды» ездил в Артек и, помню, выиграл все соревнования, которые там проводились. Вообще, был очень спортивным пацаном. Но и спортом мои интересы не ограни­чивались. Избирался секретарем комитета комсомола школы. И в те годы были очень популярны игры КВН — мы этим тоже увлекались. Причем все делали сами, без всякого принуждения со стороны взрос­лых.

Но возвращаясь к вопросу о выбо­ре института, что ме­дицина представлялась мне тогда наиболее значимым делом, которо­му я мог бы посвятить свою жизнь. Я и сейчас так считаю.

Альма-матер

— Студенческая жизнь была такой же многогранной и насыщенной?

— Более чем. Представьте себе молодого человека, который вырвался из родительского гнезда и поселился в студенческом общежитии. На меня и таких же вчерашних школяров свалилось столько свобо­ды, что распорядиться ею по уму было не так-то просто. Конечно, на­ша жизнь не ограничивалась инсти­тутскими аудиториями, лекциями и семинарами. У меня появилось в те годы еще одно пристрастие — моло­дежная музыка. Возглавляя культурно-массовую комиссию в институтском профкоме, я собрал вокально-инструментальный ансамбль из пяти Саш. Мы назвали его BИA «Cтупени». Все годы учебы в институте играли на вечерах, студенческих свадьбах, везде, куда звали. Помню, когда окончили институт, продали аппаратуру и весь день катались на речном трамвайчике между Горьким и Бором, угощали всех пассажиров бургундским вином — прощались с молодостью. Впереди были действительно взрослая жизнь и очень ответственная работа.

— Насколько мне известно, вы получили распределение в ин­ститут травматологии и ортопе­дии.

— Да, меня приняли младшим на­учным сотрудником с зарплатой, как сейчас помню, 100 рублей. Конечно, для молодого человека, привыкше­го жить самостоятельно, это было очень мало. Поэтому сразу стал ис­кать подработку, что оказалось несложно - «скорой помощи» всегда нужны были специалисты. Но аль­ма-матер для меня — это, конечно, ГИТО. Меня научили там всему, что должен знать и уметь хороший дет­ский ортопед. Мы оперировали все травмы, особенно во время де­журств. Тогда еще работали хирурги-фронтовики, а отделение воз­главляла Наталья Михайловна Свободова, настоящий корифей в сво­ем деле. В годы войны она была главным хирургом эвакогоспиталя. Это она научила меня уверенно дер­жать скальпель, выполнять самые сложные операции. А профессор Михаил Григорьевич Григорьев (в войну главный хирург армии) насто­ятельно рекомендовал нам, начинающим врачам, заниматься наукой. Да сама практика в ГИТО была не­разрывно связана с прикладной на­укой. Оставаться в стороне было npocтo невозможно. Там я защитил кандидатскую диссертацию, посвященную эндопротезированию локтевого сустава. В те годы в ГИТО проводился уникальный экспери­мент с использованием экстракта надпочечников крыс, который способствует прорастанию тканей в пе­реломах. Особенно актуально это было для лечения пациентов со сложными травмами опорно-двигательного аппарата. И мы доказали на животных, что с введением этого pacтвора ткани восстанавливаются, кости срастаются, появляются но­вые сосуды. Результаты экспери­мента претендовали на открытие. Увы, это было время распада Сою­за, которое привело и к развалу всего, что с ним связано, в частности науки. Эксперимент так и не получил дальнейшего развития. Меня в 83-м назначили главным врачом ГИТО, от науки и практической хирургии пришлось отойти. Тем более что нача­лись проблемы со зрением, а для хирурга это недопустимо.

Ради этого стоит жить и работать

— Александр Васильевич, но вы наверняка помните пациентов, которым сумели помочь, будучи детским ортопедом.

— Конечно, помню очень многих. Без ложной скромности скажу, что те 42 операции с протезированием локтевой и лучевой костей относят­ся к числу уникальных. Практически у всех моих пациентов была полно­стью восстановлена подвижность руки. Одна девочка стала  очень не­плохой художницей. Никогда не забуду свою подопечную по имени Марина. Этот случай вселил в меня абсолютную уверенность в правильности своего выбора. Ради од­ного такого результата стоило идти в медицину, стоять часами вместе с корифеями у операционного стола, а потом подолгу выхаживать боль­ного. Я проработал в ГИТО всего год, когда ко мне поступила  16-летняя девушка с опухолью коленного сустава. Исследование показало, что это хондросаркома — страшное злокачественное новообразование, очень агрессивное и разрушительное. Единственным средством борьбы с ним в то время была ампутация конечности. При благоприятном исходе человек мог прожить после такой операции еще лет 10.

Самый хороший известный тогда результат — 14 лет. А тут школьница! Родители об ампутации ноги и слы­шать не хотели. Мы направили Ма­рину к академику Николаю Николае­вичу Блохину, первому директору ГИТО. Он посоветовал рискнуть и сделать сохранную операцию, очень, надо сказать, сложную. Оперировали профессора Григорьев, Макаров и я, тогда младший науч­ный сотрудник. Было удалено 22 сантиметра пораженной опухолью кости, взамен — вживлен участок трупной. Трансплантату отводилась временная роль — арматуры, в которую должна прорасти собственная костная ткань пациента. Так и вышло — кость от трупа постепенно рассосалась, ее вытеснила новая, своя. Правда, чтобы не нарушить процесса регенерации, Марине пришлось наложить коксидную по­вязку (гипс на все тело). В этом «скафандре» она умудрялась не только ходить, но и вылезать в окно — к любимому. За пять лет кость перестроилась, укрепилась, даже уко­рочения не произошло и хромоты не осталось. Марина окончила наше медучилище, потом — медицинский институт, вышла замуж, родила дво­их детей. Заведует отделением реа­нимации в одной из городских больниц. В общем, у нее все хоро­шо. Недавно мы встретились в теат­ре — она ко мне подбежала, обняла, расцеловала. Ради таких моментов стоит жить и работать.

— Да, такое дорогого стоит. Вы следите сегодня за деятельнос­тью вашей альма-матер?

— То, что сегодня там происходит, достойно только сожаления. Теперь это федеральное учреждение, и влиять на ситуацию в институте мы не можем. Я вообще считаю, что разделение здравоохранения на разные уровни подчинения губи­тельно для медицины в целом. Со­ветская система, которая слави­лась на весь мир, разрушена, а но­вая пока только буксует. Вот, может быть, национальный проект "Каче­ство жизни. Здоровье" даст новый импульс развитию цивилизованного медицинского обслуживания в нашей стране. Очень на это наде­юсь.

— Вы достаточно долго занима­ли высокие посты и в областной, и в городской администрациях. Ваше возвращение в практичес­кое здравоохранение — порыв или заранее спланированный ход?

— Я всегда помнил, что в первую очередь я врач и от медицины нику­да не уйду. И в этом смысле мое пребывание во власти пошло мне только на пользу. Главному врачу крупного медицинского учреждения очень важно знать, как организова­на работа чиновничьего аппарата, чтобы эффективно решать вопросы собственного коллектива. Конечно же, мне хотелось вернуться в прак­тическое здравоохранение. Я знал, как по-новому организовать работу большой многопрофильной больни­цы. И когда ГАЗ передал муниципа­литету крупнейший в городе стацио­нар, я воспользовался возможностью возглавить это учреждение. За 9 лет мы вывели больницу на россий­ский уровень, а значит, это время потрачено не зря. Я убежден в этом.

Чисто личное

— В вашем кабинете я видела фотографию, на которой камера запечатлела вас вместе с Олегом Табаковым. Вы театрал?

— Да, я большой поклонник Мель­помены. Это началось еще с ГИТО. Наш коллектив поддерживал очень теплые отношения с нижегородски­ми театрами. А мне довелось достаточно близко познакомиться и с группой московского «Современни­ка», в том числе и с Олегом Павло­вичем Табаковым, который служил тогда в этом театре. С тех пор мы дружим и встречаемся при любой возможности.

— Можете ли вы сказать о своей семье, что это надежный тыл для вас?

— Так оно и есть. Моя жена — педа­гог, проработала в образовании 33 года. Moгy сказать, что союз врача и педагога сам по себе очень удачен. А кроме того, для мужчины, который много работает, очень важно быть окруженным дома заботой и внима­нием. Если этого нет, все другое может оказаться непрочным. Слава Богу, моя супруга это очень хорошо понимает. У нас дочь — Анастасия. Она замужем, работает в фирме, за­нимающейся организацией лечения российских пациентов за рубежом. Потребность в этом сегодня есть. Мы живем рядом, в одном дворе, поэтому часто собираемся вместе.

— Лучший для вас способ от­дохнуть, расслабиться?

— Уехать за город. У нас дача на реке Пьяне в Бутурлине. Есть ло­дочка. Рыбалка для меня — своего рода релаксация, поэтому предпо­читаю ловить рыбу в одиночестве. Мои близкие об этом знают и ста­раются меня в такие часы не беспо­коить. Ну, а возвращения ждут с не­терпением. Потому что не сомнева­ются, что им гарантирован вкусный обод, который на даче я готовлю только сам. И уха, и шашлыки — это мои коронные блюда. Конечно, все помогают, но ведущая роль принад­лежит мне. Это целый спектакль, если хотите. Я вообще люблю пра­здники.

— Что, по-вашему, самое глав­ное в воспитании детей?

— Доброта и нежность, если речь идет о девочках. Только тогда они станут настоящими женщинами, прекрасными матерями. Мир жес­ток, спасти его может только добро­та. А вообще в детей нужно заклады­вать все лучшее с младенчества. Надеюсь, что скоро у меня появится внук или внучка. Я знаю, что буду хорошим дедом, и очень этого жду.

— Дай Бог, чтобы все ваши на­дежды оправдались.

Лариса СМИРНОВА

Возможно, Вам будут интересны следующие статьи:

Количество общих ключевых слов с данным материалом: 1
№№ Заголовок статьи Библиографическое описание
1 Остаться врачом. Главным Смирнова Л. Остаться врачом. Главным : [о главном враче больницы № 13 А.В. Разумовском] // Автозаводец. – 2017. – 28 сент. (№ 110). – С. 3
2 История больницы № 40 [История больницы № 40] : [Электронный ресурс] // Сайт больницы № 40. – Режим доступа: http://www.nngkb40.ru/about/index.php (дата обращения: 15.03.2017)
3 Полвека в экстренном режиме Смирнова Л. Полвека в экстренном режиме : [о юбилее больницы № 40] // Автозаводец. – 2016. – 17 дек. (№ 143). – С. 7
4 Поможет терапия Смирнова Л. Поможет терапия : [о враче А. Малышевой] // Автозаводец. – 2016. – 24 нояб. (№ 133). – С. 6
5 В рейтинге лучших Смирнова Л. В рейтинге лучших : [о враче больницы № 37 В. Веселовой] // Автозаводец. – 2016. – 27 окт. (№ 122). – С. 7.
6 С «Кодаком» наперевес С «Кодаком» наперевес : [об автозаводском враче М.А. Латышеве] // Нижегородский рабочий. – 2015. – 14 янв. (№ 1). – С. 39
7 Доктор с полувековым стажем лечит пациентов в 13-й больнице Белова И. Доктор с полувековым стажем лечит пациентов в 13-й больнице : [о враче-оториноларингологе Е.В. Яновой] // День города. – 2014. – 26 нояб. – 2 дек. (№ 94). – С. 11
8 История больницы № 37 [История больницы № 37] [Электронный ресурс] // Автозаводцы – Автозаводский район ВКонтанкте. – 2013. – 8 июля – Режим доступа: https://vk.com/club48760252?w=wall-48760252_373%2Fall (Дата обращения: 20.04.2015)
9 Букет признаний доктору Буровкину Смирнова Л. Букет признаний доктору Буровкину : [о хирурге больницы № 40 Б.А. Буровкине] // Автозаводец. — 2012. — 20 ноября (№ 175). — С. 3
10 Горячие деньки Погорская Т. Горячие деньки : [о Т.Н. Ефремовой и коллективе подстанции «Скорой помощи» Автозаводского района] // Автозаводец. – 2012. – 25 сент. – С. 3

Страницы